Вершы з табурэткі · 2025 · Свет рэчаў → ідэй → космасу
Свет космасу
Яго веды пра знешні свет такія нікчэмныя,
але гэта не замінае верыць, што ўсё магчыма.
Амаль невядомыя межы чорнай бездані.
Глядзіць моўчкі, чакае, калі нам стане цесна
У пясочніцы і лужыне каля трохпад'езднай панэлькі.
Сярод зорных скопішчаў імчымся вельмі жвава.
Але не адны, а з маўклівай срэбнай сяброўкай.
То як каса, то як блін, то неяк паўкругам.
Бывае, выйдзе ўночы як крывава-чырвонае вока.
А то і Сонца схавае ад нас за халоднай спінай.
І так, пылінкамі, круцячыся, як ваўчок,
Імкнёмся пазбегнуць сустрэчы з іншым пылам.
Мы быццам злоўленыя з суседзямі ў нябачны сачок,
І хтосьці моўчкі чакае, пакуль стомімся і здадзімся ад бяссілля.
Сусвету ўдых — даўжынёй у сотні мільёнаў гадоў.
Праз яшчэ мільён, магчыма, хтосьці ўбачыць след,
Пакінуты ў бяздоннай цемры ззяючай парай,
Пакуль не пацалуюцца ўночы, абдаўшы суседзяў магутнай парай.
І кілабайты памяці пра вас, мае планетныя браты,
Адправяцца блукаць у касмічных прасторах не спяшаючыся.
І блудныя сыны, вярнуўшыся да бацькі ў абдымкі,
Навыперадкі раскажуць, якая была пылінка харошая.
Арыгінал · RU
Мир космоса
Его познания о внешнем мире так ничтожны,
но это не мешает верить в то, что всё возможно.
Почти неведомы границы чёрной бездны.
Взирает молчаливо, ждёт, когда нам станет тесно
В песочнице и луже у панельки 3-х подъездной.
Среди скоплений звёздных, мчимся очень резво.
Но не одни, а с молчаливою серебряной подругой.
То как коса, то словно блин, то как-то полукругом.
Бывает выйдет ночью как кроваво-красный глаз.
А то и Солнце скроет за спиной холодною от нас.
И так, пылинками, вращаясь, как волчок,
Стремимся встречи избежать с другою пылью.
Мы будто пойманы с соседями в невидимый сачок
И кто-то молча ждёт пока устанем и сдадимся от бессилия.
Вселенной вдох длиною в сотни миллионов лет.
Спустя ещё миллион быть может кто увидит след,
Оставленный в бездонной темноте светящей парой,
Пока не поцелуются в ночи, обдав соседей мощным паром.
И килобайты памяти о вас, мои планетные собратья
Отправятся блуждать в космических просторах не спеша.
И блудные сыны, к родителю вернувшиеся в объятья,
Наперебой расскажут как была пылинка хороша.